Роман Граборенко — о сборной Белоруссии и своей карьере в Канаде

«ПРИЧИНЫ ПОРАЖЕНИЯ СБОРНОЙ ВООБЩЕ НЕ В ТРЕНЕРЕ»

 — Уже переключились с хоккея на отдых?
— Начался отпуск, поэтому в свободное время стараюсь не думать о хоккее. С ним и так проводишь достаточно времени. Надо бы и отдохнуть. Конечно, как только чемпионат мира завершился, думал над тем, что не удалось. В нападении надо было сыграть агрессивнее, в защите — надежнее. Выступили, в принципе, неплохо, моментов хватало, как хороших, так и не очень. Не было фарта. Да, это не оправдание, но вы посмотрите повторы матчей — сколько шайб пропустили нефартовых! Помните, с французами мы забили гол, но его не засчитали. С канадцами были спорные моменты.

— Вы говорили, что судейство было отвратительным.
— От своих слов не отказываюсь! Говорю это не для того, чтобы попытаться оправдать нашу игру. Судьи часто закрывали глаза на спорные моменты, которые решались не в нашу пользу.

 — На фоне общей критики лишь игра Романа Граборенко да Павла Черноока вызвала у специалистов положительные эмоции.
— Сыграл достойно, сам это понимаю. Чувствовал себя уверенно, надежно. Не много шайб пропустили, когда я выходил в равных составах и в меньшинстве. Обошлось и без удалений. Главное, что выступил на хорошем уровне. Этот чемпионат могу записать себе в актив.

 — Некоторые ребята списывают неудачные игры и на эмоциональный фон в команде. А каким он показался тебе как новичку?
— Когда мы только приехали на чемпионат мира, в команде царила нормальная атмосфера, все были на позитиве. Думаю, подкосила игра против швейцарцев, когда, казалось, должны были выигрывать, победа была нам очень нужна. Равно как и со словаками. Не могу сказать по поводу эмоционального фона ничего однозначного, мне не с чем сравнивать. Лично я себя чувствовал комфортно. Ребята друг другу помогали. После неудачных игр никто друг на друга с упреками не «наезжал».

 — После какого матча в раздевалке была самая напряженная обстановка?
— Однозначно после игры с французами. Все ребята были расстроены. Клюшки, конечно, не летали, всё было понятно без слов. Но надо уметь достойно принимать и поражения. На следующий день всё забывается, выходишь играть с нормальным настроением.

 — Финского наставника можно упрекнуть в том, что ему не удалось сплотить коллектив?
— А что может сделать человек за месяц-другой? Дайте ему больше времени. Причина поражений сборной вообще не в тренере. Считаю финна неплохим специалистом, он давал нам систему. А на лёд, в конце концов, выходили игроки, которые и должны были показывать результат. Хоккей — игра коллективная, и каждый должен делать свою работу на все сто, выкладываться по полной. Тогда и результат не заставит ждать.

 — Хоккей ночами не снится?
— Нет, зачем ему сниться? У меня таких проблем нет. Это если что-то плохое, тогда могут нахлынуть переживания, эмоции.

 — Выходит, 14 место — не так плохо?
— Я этого не говорил. Но что уже об этом думать, когда все закончилось и надо идти дальше?

 — Вы дебютировали на чемпионате мира в этом году, хотя в сборную Эдуард Занковец приглашал вас и в минувшем.
— Верно, решили молодому дать шанс. Год назад ещё не был готов! На мое место претендовали ребята сильнее, мастеровитее, которые знали, что да как делать. Надо было подрасти. Целый год — достаточно времени для прогресса. Это мой первый чемпионат мира. Я почувствовал, что это такое, понял, что могу играть на высоком уровне, прогрессировать.

«КТО ЖЕ ОТКАЖЕТСЯ ОТ ТАКОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ?»

 — Первые шаги в хоккее помните?
— Как только в родном Могилеве построили Ледовый дворец, родители сразу отвели в секцию. Мне тогда было лет шесть. В 11 лет отправился покорять Москву: играл в «Спартаке», ЦСКА, «Белых Медведях», где очень многому научил Геннадий Курдин. Как попал в Белокаменную? Поначалу пригласили на просмотровую тренировку. Так и оказался в рядах «армейцев» на два года.

 — А Канада?
— На одном из сборов по окончании сезона ко мне подошли и предложили играть в Северной Америке. Кто же откажется от такого предложения? Конечно, тут же упаковал чемоданы. Впервые оказался в США, в «Филадельфии Революшн». Мне тогда было 16. Первый год провел в Америке. Сезон дал мне многое: выучил язык, адаптировался к здешнему стилю. Потом меня задрафтовал канадский клуб «Кейп Бретон». А зимой под Новый год я попросил обмена. Так и оказался в «Драммондвилле».

 — В вашей команде всего два иностранца: парень из Швеции и вы.
— Да, в юниорских лигах разрешено иметь не больше двух легионеров, поэтому очень тяжело пробиться в состав. Вообще в Драммондвилле мне очень нравится, совсем другой уровень жизни, другой менталитет. С ребятами отличные отношения. Проблем в общении не возникает.

 — Ребята из НХЛ рассказывали веселые истории об американском юморе. Например, знаменитая шутка с кетчупом, который выливают новичку на туфли, или пачкают шлем пеной для бритья.
— У новичков в юниорских лигах правила помягче. Например, первый год ты сидишь в автобусе всегда впереди. Кстати, бывают и типичные шутки. Когда целая команда обедает, кто-то незаметно намазывает тебе на ботинки сливочное масло. А потом стучат по стакану с водой и все проверяют обувь. Вовсе не обидно. Здесь бы такого не одобрили, а там это в порядке вещей.

 — Жизнь в чужой семье не напрягает?
— Они замечательные люди. И со своими предыдущими семьями, их детьми я в хороших отношениях, постоянно общаемся. Сейчас живу один, а первый год «соседствовал» с чехом Денисом Киндлом, родным братом Якуба, который играет в «Детройте». Жить одному больше по душе. В первую очередь, в хоккейном плане: я сфокусирован, меня ничего не отвлекает. В бытовом тоже все устраивает: мне готовят только ужин, завтрак и обед — по моей части. Залез в холодильник и сделал, что надо.

 — В США вы выучили английский. Как обстоят дела с французским?
— Когда играл в «Кейп Бретоне», в нем потребности не было. В Квебеке же большинство говорит на французском, поэтому язык придётся учить. Хотя тренировки у нас на английском. Проблем никаких нет.

 — «Динамовцы» Лаланд, Лингле и Корсо рассказывали о местном блюде с интересным названием «Путин».
— Да, достаточно вредное блюдо! Но, признаться, вкусное: картошка фри и необычный соус. Пробовал за все время только один раз. Нехорошая штука. В моей команде запрещают есть фаст-фуд. Каждую неделю взвешивание, и все четко следят за калориями. Представляете, за каждый килограмм перевеса — штраф 30 баксов. Всё серьезно! Какие ещё наказания? Да, за всё! Целая табличка висит в раздевалке. Опоздание стоит 15 долларов, опоздать на собрание — вообще страшная сумма, пользование телефоном в раздевалке и за столом — 50 долларов. По сравнению со взрослыми командами, «таксы» смешные. Но там и зарплаты другого уровня.

 — Вы, живя там, успеваете получать образование на родине.
— Заканчиваю третий курс факультета «Менеджмент в спорте и туризме» БГУФК. Выбрал эту специальность, так как считаю ее перспективной. Учиться сложно. Просто так за красивые глаза еще ни одной оценки не получил. Где-то преподаватели входят в ситуацию, но «за так» оценки не раздают. Сейчас подтягиваю «хвосты».

«КУМИРОМ БЫЛ ГРЕТЦКИ»

 — В Канаде и вправду все дети рождаются в коньках?
— Можно сказать, это чистая правда. Так, как интересуются этой игрой на родине кленового сиропа, не интересуются больше нигде. Все всё знают о хоккее, ходят на игры, там много ледовых дворцов.

 — Удивительно, что представители Северной Америки вылетели в четвертьфинале мирового первенства.
— Ожидал от них большего. Хотя самыми непредсказуемыми оказались словаки! Вот уж кто удивил. Как-то говорил в интервью: все проблемы от головы. Тот же эмоциональный фон, та же игра, ошибки. Яркий пример — сборная Канады, где собрались мастера из НХЛ. Они не показали того, что от них ожидали. Это проблема игроков, не тренера.

 — Вы находитесь в Канаде, в самой непосредственной близости к НХЛ. Миллионы ребят занимаются хоккеем…
— … и у каждого мальчишки искра в глазах — все стремятся к своей заветной мечте. Все работают не покладая рук. Знаете, там совсем другое отношение, никто никого не заставляет — все сами хотят. Поэтому есть результат. Тебе нужно — ты и работай. От этого здоровая конкуренция.

 — Кумиры в НХЛ есть?
— Раньше нравился Уэйн Гретцки. Даже брал его игровой номер — 99, когда в Могилёве выступал. Сейчас как такового кумира нет. Но могу отметить игру Пронгера и Хары. По душе их стиль.

 — Как проводите свободное время?
— Его не так много: переезды, игры, тренировки. Иногда просто хочется побыть дома, полежать, ничего не делать, пообщаться с семьей, ребятами. Ходим всей командой на йогу! Реально помогает расслабиться. Интересные занятия. Иногда выбираемся в кино. Город, в принципе, небольшой, не так уж много развлечений. Перед плей-офф ездили с ребятами в бейсбол играть.

 — Сколько канадских городов успели увидеть?
— Никогда не считал. Но арифметика несложная: это все города, где есть хоккейные клубы нашей лиги. В том числе Монреаль, Торонто, Оттава. Что удивило? В Кейп Бретоне природа была изумительная: горы, озера, леса. В Америке такого не видел. Летом там вообще шикарно отдыхать.

«КАЖЕТСЯ, ШАНСЫ ПОПАСТЬ В НХЛ У МЕНЯ ЕСТЬ»

 — Ваши планы связаны только с Канадой.
— Звали ли в меня минский клуб? Конкретных предложений не было. Просто интересовались планами. Пообщались с Матушкиным минут пятнадцать. Я сказал, что у меня контракт на следующий сезон. Поэтому нечего об этом говорить. Не вижу никакого смысла. Но я всегда говорил, что цель номер один для меня — НХЛ. Хочу приложить максимум усилий, чтобы её осуществить.

 — Все туда рвутся, а попадают единицы.
— Вот и посмотрим, что из этого получится. Понятное дело, конкуренция высока, но я довольно адекватно оцениваю свои шансы, и мне кажется, они у меня есть. Попробовать-то стоит. А потом можно будет говорить.

 — С Сидни Кросби не знакомы?
— Пока в НХЛ не играл, поэтому нет. Но всё может быть. Свитер какого клуба хотел бы надеть? Не важно. Выбираю не я, а те команды, которые видят меня в своих рядах. Главное — пробиться, а там все клубы хороши.